Ребенок с умственными или физическими недостатками

Категория: Проблемы младенчества

  Обращайтесь с ним естественно. Ребенок с недостатком может нуждаться в лечении. Но еще больше он нуждается в естественном отношении, независимо от того, каков его недостаток: замедленное умственное развитие, косоглазие, эпилепсия, малый рост, уродливое родимое пятно или деформация какой-либо части тела. Сказать это легче, чем сделать. Дефект ребенка расстраивает родителей. Вот несколько примеров различных реакций на него.

 Душевное состояние ребенка зависит не от его недостатка, а от отношения к нему. У мальчика от рождения на левой руке только два пальца. В два с половиной года он вполне счастлив и может левой рукой делать почти все то же, что и правой. Шестилетняя сестра любит его и гордится им, она хочет всюду брать его с собой и никогда не замечает его уродливой руки. Мать, однако, болезненно реагирует. Она морщится, когда замечает, как смотрят незнакомые дети на руку ее мальчика. Считает, что лучше держать ребенка дома, где никто не будет глазеть на него и отпускать различные замечания, не берет его с собой, когда мальчик просится с ней в магазин. Какое отношение для него лучше — сестры или матери? Но сначала нужно ответить на другой вопрос. Стыдится ли ребенок своего недостатка? Вообще говоря, нет.

Конечно, мы все немного стесняемся того, что считаем своей слабостью. Те, у кого есть дефекты, думают о них. Но всякий, кто знаком со многими калеками, согласится, что и среди людей с самыми тяжелыми дефектами есть немало таких же общительных, веселых и спокойных, как и среди людей со здоровыми конечностями. С другой стороны, вы можете припомнить знакомого, который, например, чувствует себя совершенно несчастным из-за свой лопоухости, на которую никто не обращает внимания.

Иными словами, серьезность дефекта не всегда пропорциональна чувствам, которые испытывает человек, тому, насколько он стесняется, стыдится, насколько чувствует себя несчастным.

Чтобы ребенок (с дефектом или без него) рос общительным и счастливым, — родители должны радоваться ребенку и гордиться им, поменьше волноваться, суетиться, настаивать, ругать, с самого раннего возраста у ребенка должна быть возможность общаться с другими детьми. Если с самого начала родители чувствуют себя несчастными, если они стыдятся внешности своего ребенка, мечтают, чтобы он стал другим, излишне его оберегают, не позволяют ему общаться с другими, он вырастет замкнутым, недовольным и будет считать себя уродом и неудачником. Но если они будут считать его родимое пятно или деформированное ухо чем-то незначительным, будут себя вести с ним, как с нормальным ребенком, позволят ему ходить повсюду, как другим детям, не будут волноваться из-за чужих взглядов и замечаний шепотом, то ребенок будет считать себя самым обычным и не станет задумываться над своими отличиями.

А что касается любопытных взглядов, указующих пальцев и шепотков, ребенку все равно придется к ним привыкать, и чем раньше, тем лучше. Если всю неделю он прячется, и только по воскресеньям чувствует на себе удивленные или любопытные взгляды, это гораздо хуже, потому что он не привыкнет к таким взглядам.

 Если его не будут жалеть, он будет счастливее. У шестилетнего мальчика родимое пятно занимает половину лица. Мать тяжело воспринимает это и очень жалеет сына. Она строга с двумя старшими дочерьми, но сына освобождает от домашней работы, прощает ему грубость и злые выходки по отношению к сестрам. Сестры и другие дети его не любят.

Можно понять, почему родители такого ребенка испытывают к нему жалость и слишком мало требуют от него. Жалость подобна наркотику. Даже если сначала она покажется невкусной, человек привыкает к ней и попадает в зависимость. Естественно, ребенок с недостатком нуждается в понимании, а часто и в особом обращении. Если он отстает в умственном развитии, ему нельзя поручать работу, с которой он не в состоянии справиться, а ребенка с плохой координацией движений рук не надо ругать за плохой почерк. Но ребенок с любым дефектом должен быть разумно вежлив, жить на общих основаниях с другими и выполнять свою долю в общей работе. Такой ребенок сам хочет жить, как все, и подчиняться общим правилам.

Справедливость по отношению к семье. У четырехлетнего ребенка обнаружилось значительное отставание в умственном и физическом развитии. Родители водили его от врача к врачу и из больницы в больницу. И каждый раз слышали один и тот же ответ. Этот недостаток не поддается излечению, однако есть много возможностей, чтобы вырастить ребенка полезным и счастливым членом общества. Родителям этого, естественно, мало, и они едут за тридевять земель и платят бешеные деньги знахарям и шарлатанам, которые обещают им чудесное исцеление. В результате остальные дети в семье получают гораздо меньше внимания, чем заслуживают. Зато родители, тратя деньги и делая большие усилия, чувствуют себя почти счастливыми.

Разумно и справедливо со стороны родителей стремиться сделать все возможное, чтобы помочь ребенку с недостатком. Но есть еще один скрытый фактор. Так уж устроено в природе, что родители в таких случаях считают в глубине души, что виноваты именно они, хотя все врачи и все книги говорят, что это совершенно случайная ситуация. Все мы с рождения носим в себе чувство вины за то, что сделали, и за то, что должны были бы сделать. И если у нас ребенок с недостатком, это врожденное чувство вины сосредоточивается на недостатке.

Неразумное чувство вины часто подстрекает родителей, особенно если они совестливые люди, делать что-нибудь, пусть самое неразумное. Это своего рода покаяние, хотя сами родители так не думают.

Если родители знают об этой тенденции и остерегаются ее, они сумеют обеспечить наилучшее лечение для ребенка и, кстати, избавят других своих детей (и самих себя) от ненужных лишений.

Любите его таким, каков он есть. Ребенок в возрасте десяти лет заметно ниже ровесников, ниже даже своей восьмилетней сестры. Родители считают это настоящей трагедией и водят его ко все новым врачам. Все врачи соглашаются, что это не болезнь. Ребенок словно с рождения малого роста. Родители проявляют свою озабоченность и по-другому. Они заставляют ребенка больше есть, чтобы он быстрее рос. А когда кто-нибудь сравнивает рост ребенка с ростом сестры или других детей, родители тут же напоминают ему, какой он умный.

Среди мальчиков всегда существует соперничество, и поэтому мальчик маленького роста испытывает естественное разочарование. Если подчеркивают какие-то его положительные качества сравнительно с сестрой и другими детьми, это не помогает ему меньше сожалеть о своем росте и только подчеркивает идею соперничества и состязания. Иногда родители сами чувствуют, что надо заверить ребенка малого роста, или не очень красивого, или близорукого, что его недостаток, в сущности, не очень важен. Убедительные заверения в таком случае оказывают большую помощь. Но если родители вечно беспокоятся, всегда поднимают эту тему, ребенок убеждается, что с ним далеко не все в порядке.

 Братья и сестры перенимают отношение родителей. Ребенок семи лет, родился с церебральным параличом. Его интеллект совершенно не затронут, но речь его трудно понять, лицо и конечности у него подергиваются, и он не может контролировать эти движения.

У матери разумное отношение к его недостатку. Она обращается с ним точно так же, как с младшим братом, только несколько раз в неделю водит в специальную клинику, где ему делают массаж, он выполняет различные упражнения и учится контролировать свои конечности и речь. Младший брат и все соседские ребятишки любят его за хороший характер и готовность участвовать в любой игре. Он и участвует во всех играх, и, хотя не может сравниться с другими детьми, те это понимают и делают ему скидку. Мальчик ходит в обычную школу по соседству. Естественно, в некоторых отношениях он испытывает ограничения, но поскольку программа гибкая и дети сами участвуют в планировании и осуществлении своих проектов, его ценные идеи и старательность делают его популярным среди одноклассников. Отец, который по природе более тревожен, считает, что в конечном счете мальчик будет счастливей, если его отправят в интернат, где он будет среди детей с такими же недостатками. Он также боится, что когда одноклассники его сына подрастут, их будет смущать его необычная внешность.

Если родители принимают своего ребенка таким, каков он есть, и перестают замечать его недостаток, братья и сестры тоже склонны поступать так. Их не расстраивают замечания других детей. Но если родители испытывают замешательство и пытаются его скрыть, недостаток ребенка постоянно будет привлекать к себе ненужное внимание братьев и сестер.

Перемены в чувствах родителей. Многие родители, узнающие, что их ребенок страдает серьезным недостатком, испытывают одно и то же. Вначале болезненное удивление и естественное возмущение: «Почему это произошло с нашей семьей?» Потом обычно приходит чувство вины: «Что я сделал неправильно или чего не сделал, что нужно было сделать?» Врачи постоянно объясняют: «Вы не могли это предотвратить». Но родителям требуется немало времени, чтобы принять это утверждение.

Дальнейшие трудности связаны с тем, что родственники и знакомые все время рассказывают о специалистах и новых лекарствах, о которых они слышали. Они советуют родителям воспользоваться всем этим. И когда их совету не следуют, всячески демонстрируют свое возмущение. Конечно, у них добрые намерения, но они только усиливают тревогу родителей.

Следующая стадия такова: родители настолько заняты недостатком своего ребенка и возможными средствами лечения, что забывают о ребенке как о личности. Он не умеют радоваться другим его хорошим качествам, которые нисколько не пострадали. Но постепенно эти качества снова привлекают их внимание, и родители начинают думать о своем ребенке, как о хорошем человеке с некоторыми особенностями. И сейчас их раздражают друзья и родственники, которые могут говорить только об этом недостатке ребенка.

Когда родители проходят через эти болезненные стадии, пусть им поможет сознание, что сотни тысяч других хороших родителей проходили через то же самое.

 Большинство родителей тоже нуждается в помощи. Забота о ребенке с недостатком обычно вызывает сильное дополнительное напряжение. Чтобы помочь ребенку жить нормальной жизнью, нужна большая мудрость, а ее трудно проявить, когда вы расстроены и у вас совсем нет опыта. Все это означает, что родителям ребенка с недостатком нужна помощь, и они на нее могут рассчитывать. Я говорю не только о медицинских советах. Важно, чтобы родители имели возможность обсудить устройство жизни ребенка в доме, проблемы, возникающих у других членов семьи, достоинства и недостатки местной школы по сравнению с более далекими специальными школами, поговорить о раздражении и возмущении самих родителей. Чтобы во всем этом разобраться, обычно нужны долгие беседы на протяжении нескольких лет с советниками, имеющими опыт в таких делах и умеющими успокоить родителей.

Обычно в штате учреждений для слепых, глухих, калек и умственно отсталых, в специальных школах и клиниках есть социальные работники, с которыми можно посоветоваться. В сельском округе есть работник социального обеспечения. В городах — социальные работники в семейных агентствах и в агентствах по уходу за детьми. Если вы живете в сельской местности или небольшом поселке, чтобы найти нужного человека, напишите в отдел социального обеспечения вашего штата. Если живете в городе, позвоните в благотворительный фонд. Там вам укажут нужное агентство. В последние годы родители детей с недостатками организовались и создали национальные ассоциации. У этих ассоциаций несколько целей, и все достойные. Родители делятся своими особыми проблемами и способами их решения. Беседуют с профессионалами в этой области. Используют свое влияние, чтобы обеспечить лучшее образование для своих детей. Создают фонды для организации исследований и лечения.

Где жить, в какой школе учиться, где получить специальное обучение. Предположим, у ребенка недостаток, который не мешает ему посещать обычную местную школу и учиться в обычном классе. Например, не очень серьезные повреждения рук и ног, излеченный порок сердца, который не ограничивает серьезно деятельность ребенка, такие особенности внешности, как родимые пятна. Такому ребенку лучше учиться в обычной местной школе. Всю жизнь он проведет среди обычных людей, и лучше, чтобы и себя он считал почти во всех отношениях обычным человеком.

 Когда это возможно, обычная школа. Раньше считалось, что детей с недостатками, которые мешают обучению, такими, например, как ослабленное зрение или слух, следует с самого начала направлять в специальные дневные школы в своем округе, а если таких нет, то в школы-интернаты. В последние годы стало ясно, что, хотя обучение детей с недостатками исключительно важно, еще важнее помочь им приспособиться к нормальной жизни и быть счастливыми. Это значит, что ребенку лучше расти среди нормальных детей. Вырастая, он будет думать о себе как о нормальном в большинстве отношений. К тому же пребывание в семье придаст ему дополнительно сознание безопасности. Ребенку, несомненно, лучше жить дома, если это возможно. Чем меньше ребенок (особенно в возрасте от шести до восьми лет), тем больше нужна ему забота любящих и понимающих людей, сознание своей принадлежности. И все это он дома получит скорее, чем в лучшем интернате. Поэтому стали по возможности отдавать детей с недостатками в обычные школы, чтобы они там проводили часть дня или весь день. В одном случае это означает, что ребенок с недостатком часть дня проводит в специальном классе, а другую — в обычном с обычными детьми. В некоторых случаях специалист объясняет учителю обычного класса, как организовать обучение, чтобы в нем смог участвовать ребенок с недостатком.

Как это получается в общине или округе, зависит от многих обстоятельств: количества и мастерства специально подготовленных учителей, размера классов и классных помещений, серьезности недостатка, возраста и предыдущей подготовки ребенка.

 Ребенок с частичной потерей слуха. Плохо слышащий ребенок нуждается в обучении умению читать по губам и, может быть, в специальной коррекции речи. Ребенку со значительной потерей слуха нужен слуховой аппарат, его нужно научить читать по губам, нужна ему и коррекция речи и занятия с логопедом. Если все это имеется, обычно такой ребенок может учиться в местной школе.

Полностью или почти полностью глухой ребенок, однако, мало что получит в обычном классе, пока не научится общаться с другими детьми. Это требует длительной и очень специальной языковой и речевой подготовки с помощью специального слухового аппарата и усиленного обучения чтению по губам.

Такая подготовка обычно осуществляется только в больших городах. Для глухого ребенка важно начать такую специальную подготовку между двумя и тремя годами, если он живет вблизи школы. Если же нет, ему к четырем годам нужно поступить в школу-интернат, где есть специальные группы для самых маленьких.

Слепой ребенок может многое получить в обычном классе (или в обычном детском саду), хотя в то же время ему нужна специальная подготовка. Поразительно и вызывает восхищение, как даже трехлетний или четырехлетний слепой ребенок способен ужиться с группой обычных детей. Неопытный воспитатель так же, как и родители, стремится первое время излишне опекать его, но постепенно сознаёт, что усиленная опека не нужна и только мешает ребенку. Конечно, должны быть приняты разумные меры предосторожности и сделаны разумные послабления. Остальные дети после некоторых расспросов легко принимают ребенка с недостатком. Они обычно делают скидку на его недостаток и очень разумно ему помогают.

Некоторые дети с церебральным и детским параличом нуждаются в особой мышечной подготовке и тренировке, которые предоставляются лишь в немногих местах. Специальная подготовка, которая необходима детям с церебральным параличом, не может осуществляться повсеместно. Если там, где живет семья, такую помощь получить невозможно, стоит подумать о перемене местожительства.

   Постоянное медицинское наблюдение. Родители ребенка с любым дефектом должны, конечно, получать помощь специалистов — либо частного врача, либо хорошей детской больницы. Если они не удовлетворены или если предложенное лечение кажется им опасным, они вправе проконсультироваться с другими врачами, у которых, возможно, будет иное мнение. Иногда родители, получившие хороший совет от первого врача, обращаются еще к одному или двум — «просто для уверенности», но незначительные различия в способах лечения и терминологии могут сбить их с толку, и в конце у них будет больше сомнений, чем в начале.

Если вы нашли опытного врача, понимающего проблемы вашего ребенка, держитесь за него и постоянно консультируйтесь. Врач, который давно знает ребенка и семью, способен посоветовать лучше, чем тот, которого только что пригласили. Психологически ребенку с недостатком очень трудно, если его переводят от одного врача к другому. Если вы прочли о новом открытии, связанном с состоянием вашего ребенка, спросите у своего врача о нем, а не торопитесь бросаться к исследователю. Если до-казано положительное влияние этого открытия, ваш врач знает о нем или сможет узнать все, что окажется полезным для вашего ребенка.

Умственно отсталый ребенок. Можно очень грубо разделить все случаи умственной отсталости на три группы: органические, гормональные и «естественные». Органические случаи — это повреждения головного мозга в результате, например, недостаточного снабжения кислородом при родах или в результате энцефалита. Гормональные вызваны плохо работающей щитовидной железой; если эти случаи диагностированы рано и к ним применялось правильное лечение, умственная отсталость может быть почти ликвидирована.

Большинство случаев умственной отсталости — «естественные» в том смысле, что они вызваны не болезнью, не повреждением и ничем таким, что сделали или чего не сделали родители. У ребенка просто ниже обычного уровень интеллекта, точно так же как бывают дети ниже или выше остальных. Интеллект такого ребенка развивается, но замедленно. Если такой ребенок в четыре года обладает интеллектом трехлетнего, то в шестнадцать лет у него будет интеллект двенадцатилетнего. В таком случае его коэффициент интеллекта 75 (3/4 = 12/16 = 75/100). Многое можно сделать для такого ребенка, но вылечить его нельзя, как нельзя вылечить голубые глаза или большие ноги.

  Если его принимают нормально, ребенок может лучше использовать свои способности. Проблемы поведения у детей с замедленным умственным развитием возникают не из-за их низкого уровня интеллекта, а из-за неправильного обращения. Если родители стыдятся своего ребенка, ему не хватает их любви, чтобы чувствовать себя в безопасности и быть счастливым. Если они ошибочно считают себя виновными в его состоянии, то могут настаивать на самых неразумных методах лечения, которые тревожат ребенка, но не приносят ему никакой пользы. Если они торопливо заключают, что он «безнадежный случай» и никогда не будет нормальным, он может не получать от них игрушек, не иметь товарищей для игр, лишиться соответствующего обучения, нужного всем детям для лучшего раскрытия своих способностей. Но самая большая опасность — это те родители, которые закрывают глаза на недостаток своего ребенка и пытаются доказать себе и всему миру, что он так же умен, как любой другой: пытаются учить его тому, к чему он не готов, торопятся приучать к пользованию горшком, отдают в класс, в котором он не может учиться, готовят с ним уроки дома. Постоянное давление делает такого ребенка упрямым и раздражительным. Попадая постоянно в ситуации, в которых он не может преуспеть, он лишается уверенности в себе.

Печально, но умственно отсталый ребенок, родители которого не очень образованны и счастливо ведут умеренный образ жизни, часто бывает счастливее и лучше приспособлен к жизни, чем такой же ребенок в образованной семье или в семье с высоким уровнем честолюбия и стремления к успехам. В семьях с высоким уровнем притязаний считается, что обязательно нужно иметь хорошие отметки в школе, закончить колледж и выучиться престижной профессии.

Существует множество необходимых и достойных профессий, которые вполне доступны людям с низким уровнем интеллекта. Право каждого получить подготовку к той деятельности, на которую он способен по уровню своего интеллекта.

Ребенку с медленным развитием нужно позволить двигаться в своем темпе, приучаться правильно есть, пользоваться туалетом так, чтобы это соответствовало его умственному развитию, а не возрасту. Ему нужны возможности копаться в земле, карабкаться на деревья, строить и выдумывать в те периоды, когда он готов к таким видам деятельности, у него должны быть игрушки, которые ему нравятся, должна быть возможность играть с другими детьми, с которыми он способен держаться на равных (даже если эти дети на год и больше моложе его). Отправляясь в школу, он должен попасть в класс, где он сможет найти свое место и чего-то достичь. Ему необходимо, чтобы его любили и восхищались его привлекательными качествами.

Всякий, кому приходилось наблюдать детей с отставанием в развитии, знает, какими они могут быть естественными, дружелюбными и привлекательными, особенно те, к кому естественно относятся дома. А когда они играют или выполняют посильные для них школьные задания, они проявляют такой же интерес и энергию, что и обычные дети. Иными словами, «тупая» внешность происходит не от низкого уровня интеллекта, а от сознания своей неуместности. Большинство из нас выглядело бы глупо на лекции по общей теории относительности.

Ребенок с незначительным или средним отставанием, воспитывается обычно в семье. Прежде всего, здесь любой ребенок обретает сознание безопасности. Если есть возможность, такому ребенку полезно посещать детский сад, где воспитатель решит, должен ли он быть с детьми своего возраста или с младшими детьми.