Крестить или не крестить?

Категория: Разное о воспитании детей

«У меня родился внук. Предложила я

дочке его в церкви крестить. А она ни в какую! В бога я не верю, говорит, отпразднуем, как все. Собрались за столом, выпили, поговорили. Вот и весь праздник. Ни радости, ни памяти. Может быть, где-то и по-другому празднуют, но не слышала я об этом».                                                             

В течение многих лет мы пытались найти достойную замену традиционным праздникам и торжествам. Но оказалось, что комсомольская свадьба не смогла затмить обряда венчания. Праздник Нового года неразрывно связан с Рождеством. А на Пасху, что греха таить, мы по-прежнему красим яйца. Вот и крещение перестает быть диковинкой. Что же влечет людей в церковь?

 

В полдень спускаюсь по улице Неждановой и вхожу в златоглавую церковь, странно праздничную среди безликих серых громадин домов, подступающих к ней. В боковом пределе стоят люди с Детьми на руках. Таинство крещения сокрыто от любопытных глаз. Пахнет ладаном. Потрескивают свечи. Скорбные лики святых взирают на нас, заставляя проникнуться значительностью предстоящего события. Совершал обряд молодой священник, отец Артемий, который, несмотря на свой возраст, уже преподает в духовной академии. После завершения обряда я подхожу к родителям с вопросом: «Почему вы решили крестить своего ребенка?» Никто из них не решается представиться, да и на разговор идут неохотно, так как жив, по-видимому, в людях страх, что об этом кое-куда сообщат. Хочу сразу оговориться, сейчас при крещении не требуется никаких паспортных данных.

Итак, зачем они здесь? Одного малыша принесла тайком в церковь бабушка, которая искренне верит в то, что ангел-хранитель будет беречь внука. Две молодые пары прислушались к совету родителей. Молодая мамаша преследует цели «медицинские»: знахарка отказалась заговаривать некрещеного ребенка. Две девушки хотят приобщиться к христианской религии — «носительнице вечной мудрости». Застенчивого восемнадцатилетнего парня привела в церковь мать, которая потеряла старшего сына, погибшего в Афганистане, и надеется, что крещение поможет младшему спастись от бед. Молодые супруги объяснили свое решение так: «Все нынче крестят. Вот и мы подумали, может, и вправду в этом что-то есть». Бородатый мужчина, держащий на руках сына, прошептал: «Здесь на ребенка молятся, а не на паспорт!» Молодая девушка сказала, что надоели ей «стадные мероприятия» с бумажными флажками, что ей хочется хоть раз вернуться домой не со стертыми ногами, а с отдохнувшей душой.

Словом, эти люди пришли сюда не ради праздного любопытства и не по принуждению. Но из всех опрошенных не нашлось ни одного, кто сделал этот шаг продуманно, до конца понимая истинный смысл таинства крещения.

Я попросила отца Артемия рассказать о смысле и содержании обряда крещения:

— Крещение — одно из семи таинств. Оно помогает человеку соединиться с Богом, ощутить себя истинным христианином. Нравственное содержание обряда несомненно. Взрослый человек после крещения становится чище и просветленней. А малыша пытаются наставить на путь истинный его родители, исповедующие христианскую мораль. Весь обряд исполнен глубокого смысла. Каждая деталь в нем — значительна. А белые ризы? Ведь это не просто униформа. Белый цвет символизирует чистоту, правду, невинность. Но, к сожалению, сегодня не всегда мы в состоянии строго следовать канонам ритуала. Причин тому много. И одна из них в том, что некоторые люди обращаются к церюзи не в поисках духовной жизни и успокоения, а следуя модному поветрию, не пытаясь осознать глубины многовековой мудрости и тем самым лишая себя Божественной благодати. В этом есть и вина самих священнослужителей. Я не раз становился свидетелем того, как упрощается, а порой и искажается обряд крещения, принижается его значимость. Священник ответствен за души пришедших к нему людей. Плох тот врач, который не сострадает больному. Так и священник, формально творящий свое дело, не может быть духовным пастырем и душевным целителем. Чему он сможет научить? Ведь учитель не только тот, кто учит, но в большей мере тот, у кого учатся.

наш репортаж не может претендовать на исчерпывающую полноту. Да и не эту цель преследовали мы, публикуя его. Главное, что заинтересовало нас,— жизнеспособность церковных обрядов и те духовные истоки, которые питают силами их. Ни запреты, ни гонения не смогли уничтожить их или извратить. Почему мы, воспитанные во  времена воинствующего атеизма, вновь входим в храм, с интересом наблюдая за происходящим? А может быть, мы бежим от бессердечности гражданских церемонии, которые так и не смогли заменить нам празднества и торжества, отшлифованные веками?

Много вопросов. Но только ли церковь может стать достойной альтернативой холодному официозу? Ведь немало праздников, уходящих своими корнями в религию, давно уже ставших народными. Колядование в закарпатских селах — непременный атрибут новогодних праздников. Проводы русской зимы в некоторых костромских деревнях и сегодня напоминают те, которые запечатлел Кустодиев на своих полотнах. Традиционная масленица на Воло-годчине славится обязательным походом «к теще на блины» и катанием на санях. А как отмечают «яблочный спас» в  Курской области, славящейся своей антоновкой! А знаменитый башкирский сабантуй! А великолепные празднества на литовской горе Рамбинас! Не счесть традиционных дней народного веселья.

Есть канонические праздники, которые везде отмечаются почти одинаково. Но немало и таких, которые связаны с конкретным местом, подобно Сорочинскои ярмарке в Миргороде или «зимостою» в Павловске, где устраиваются ледовые битвы знаменитых бойцовых гусей.